Война - это не только напряженные сражения и выдающиеся подвиги, а прежде всего борьба за жизнь. И именно женские руки зачастую становились последней преградой между жизнью и смертью для сотен солдат. Такая ответственность лежала на плечах врачей и медицинских сестер, работавших в Афганистане. В День памяти воинов-интернационалистов корреспондент БЕЛТА побеседовала с одной из женщин, которая видела войну не через прицел автомата, а через запотевшее стекло операционной, и узнала, как она каждый день находила силы спасать других.

Татьяну Еремщикову вырастила мать-санитарка. Отец, инвалид Великой Отечественной войны, умер, когда ей было всего четыре года. Девочка часто ходила с матерью на работу и проводила время в больнице, поэтому не долго определялась с профессией.

"Когда я закончила восемь классов, то поступила в Оршанское медицинское училище и по распределению была направлена в Богушевск, где три года проработала медсестрой. Летом 1986 года меня как военнообязанную вызвали в военкомат и предложили по контракту поработать медсестрой в Афганистане. Тогда я была молодой и ничего не боялась. К тому же у меня еще не было своей семьи, поэтому согласилась", - вспомнила Татьяна Еремщикова.
По ее словам, путь в незнакомую страну начался в январе. Вначале она ехала на поезде в Москву, потом в Ташкент, а уже оттуда полетела в Афганистан. В самолете она сидела с другими медработниками и солдатами, все они старались найти себе удобное место, теснились на ящиках и тюках. По приезду Татьяну направили в Центральный советский госпиталь в Кабуле, который был одним из ключевых звеньев эвакуации, ведь принимал тяжелораненых солдат, доставляемых вертолетами. Территория госпиталя строго охранялась, оттуда нельзя было свободно выйти или войти.
Она работала в отделении гастроэнтерологии и неврологии. По сути, это было два отделения в одном, где слаженно трудились 12 человек. Поскольку у местных властей были дружеские отношения с советскими врачами, то госпиталь располагал хорошей аппаратурой УЗИ. Врачи не отказывали в помощи как чиновникам, так и местному населению, хотя порой это было довольно опасно.
"Мы все были воспитаны тогда в духе патриотизма, поэтому совсем не думали об опасности. Паники почти не было. Маме я сказала, что еду в Польшу, только некоторые родственники знали правду и не одобряли мое решение", - призналась Татьяна Еремщикова.

Первой трудностью для нее стал необычный, тяжелый климат. Зимой было очень холодно, промозглый ветер и высокие горы немного пугали, а летом, наоборот, стояла невыносимая, удушливая жара. Да и жилье барачного типа отличалось от нашего. При этом, несмотря на трудности, у молодых медсестер и врачей появилась возможность познакомиться с жизнью Средней Азии, ведь до этого они не выезжали из Советского Союза и не видели, как живут другие люди.
По мнению Татьяны Еремщиковой, местные люди в Афганистане были очень добрые. Некоторые из них работали или даже лечились в советском госпитале. Она до сих пор помнит девочку-сироту, которая долго вставала на ноги. Иногда местные приносили врачам и солдатам свои фрукты, а те взамен давали им хлеб и мыло.

"Самым сложным, разумеется, было смотреть на молодых мальчишек практически моего возраста, которые получали тяжелые раны. Мы выхаживали лежачих, старались облегчить их жизнь как могли, подарить им частичку дома. На самом деле моральная поддержка была не менее важна, чем физическая. Когда у человека есть сила духа и хорошее настроение, то и выздоровление идет лучше. Те мальчики, которые выздоравливали, тоже помогали другим ребятам. В основном все они спешили обратно, говорили, что их там ждут товарищи", - пояснила медик.

Среди самых страшных моментов она выделяет день, когда на территорию госпиталя попал снаряд. Тогда все по-настоящему перепугались. Часто ночами в горах случались взрывы, к которым тоже нельзя было привыкнуть. Но в ее памяти остались и приятные воспоминания, а дома сохранились открытки со словами благодарности и поздравлениями, которые многие ребята присылали уже после того, как Татьяна вернулась в Беларусь.

"Тогда ведь не было интернета, и у нас далеко не всегда получалось сохранять связь. При этом среди ребят были не только славяне, но и таджики и узбеки. Все разыскивали своих земляков. Иногда мы помогали ребятам писать письма. Разумеется, у медиков было немного свободного времени. Иногда мы гуляли по территории, до сих пор помню, что у небольшого фонтана стоял памятник советской дружбе. Бывало, что на улице вечером крутили фильмы, но, конечно, все периодически прерывалось вызовом на работу, ведь к нам привозили новых раненых. Ребята, которые выздоравливали, приходили играть на гитаре, а мы вместе с ними пели песни", - поделилась медик воспоминаниями.

По ее словам, все врачи, которые там работали, были оптимистами. Туда изначально отбирали только людей с устойчивой психикой, ведь перед тем, как получить это предложение о работе, медики заполняли специальные анкеты с вопросами.

"Когда я туда приехала, то у меня уже был довольно неплохой рабочий опыт, я могла проводить медицинские процедуры, но при этом освоила и что-то новое. Например, прошла курсы хирургических сестер, узнала много нового о гастроэнтерологии. Конечно, это время многое мне дало, ведь практика есть практика. К тому же там было много болезней, которые не встречались в Советском Союзе: гепатит В, тиф. Восстановление после такого заболевания – сложный процесс, который требует определенных медицинских манипуляций и ухода за телом. При этом у нас в госпитале очень редко умирали. Если такое случалось, то для всех это была трагедия", - отметила Татьяна Еремщикова.

"Конечно, сегодня те, кто тогда был молодым, уже взрослые мужчины и женщины. Хотелось бы, чтобы то, через что прошли наши солдаты, не повторялось, чтобы ребятам не приходилось такое больше переживать, все было хорошо и мы жили под мирным небом", - подытожила она.

БЕЛТА. -0-