Нужно понимать, что [исследования] быстро не делаются. Нельзя в эту экспедицию привезти образцы мхов, лишайников или грибов-микромицетов из Антарктиды, несколько месяцев их поизучать и получить через полгода или год некое волшебное лекарство, которое будет помогать от всего или от чего-то конкретного. Это длительная работа.
Сейчас достаточно успешно ведутся разработки в сфере фармакологии - для лекарственных препаратов. Я уже не говорю о биологически активных добавках, это тоже, само собой.
В любом случае нельзя говорить о том, что в ближайшие год, два, три мы начнем получать какие-то сверхприбыли от деятельности в Антарктиде. Нет. Простой пример. Сибирь, Дальний Восток, районы Крайнего Севера начали осваивать в XVII-XVIII веках. Небольшими отрядами ставились форпосты, крепости по заданию Российской империи. И лишь во второй половине XIX века - начале XX века началась активная разработка природных ресурсов этих регионов. Прошло более 100, в некоторых районах - 200 лет. Это процесс долгий, но стратегически перспективный.Если страна думает о своем будущем (а наша и ее руководство думает), мы не можем сегодня смотреть просто под ноги и искать бутерброд с колбасой. Мы должны думать о том, что наши дети, будущие поколения, условно говоря, будут кушать, как они будут жить. Стратегия долгосрочная, но в итоге она всегда приносит результат.
| Подготовлено по видео БЕЛТА. Фото из открытых интернет-источников.
Читайте также:
Зачем изучать грибы в Антарктиде? Рассказывает полярник
"Ни одно научное открытие не может стоить жизни!" Как готовятся дальние научные походы?
Можно ли в Антарктиде сходить в гости на соседние станции? Рассказывает полярник
- размещаются материалы рекламно-информационного характера.