Новые приключения писателя Крамора. Что о книге "Жизнь клеток" говорит ее автор?

- С писателем Крамором мы уже познакомились в вашем предыдущем романе "Нобелиат". Почему вы не захотели с ним расстаться и сделали его одним из главных героев романа "Жизнь клеток"?

- Дело не столько в необычной фамилии персонажа, сколько в одинаковых обстоятельствах, в которых продолжает находиться герой. Этот литературный прием может быть коротким - два-три романа, и может быть длительным, что-то вроде повестей Жоржа Сименона: один герой в одинаковых обстоятельствах… криминальных.

- А откуда вообще возникла идея романа о жизни клеток и о том, что расшифровка их памяти помогает понять прошлое и даже будущее?

- Как всякая идея, она возникает ниоткуда и будто бы разлита в социуме, во всяком случае, думающем и читающем. В качестве одной из центральных мыслей одного из персонажей романа - идея о том, что люди - это клетки социального организма, как настоящие клетки - единицы живого организма. Если обратиться к концепции моего единственного соавтора Владимира Дегтярева, то наше прошлое, условно говоря, это что "прошел я". Настоящее - "на чем стою я". А будущее - где "буду я". Отсюда наше прошлое с взлетами и падениями, удачами и ошибками очень ценно для любого социума, поскольку с его искажениями социум может совершать ошибки, которые рано или поздно могут привести к его проигрышу в социальной, этнической и цивилизационной конкуренции. Вот почему точное определение прошлого весьма ценно и важно. Но клетки-люди обладают разумом и могут ошибаться в исследовании своего прошлого, могут попадать в ловушки, которые ставят им социальные и цивилизационные конкуренты. А, следовательно, вероятность выбора стратегии в будущем может привести к пустой трате ресурса и гибели социума. Клетки же, по мнению того же персонажа, не обладают памятью в человеческом понимании этого слова, память их более однозначна, и если эту память расшифровать, то прошлое определяется довольно точно, следовательно, вероятность ошибок в выборе стратегии выживания в будущем значительно уменьшается.

- В романе один из персонажей говорит, что сегодня в моде "духовка" (духовные ценности. - Прим.). Вы сами придумали это слово или откуда-то позаимствовали?

- Лет пятнадцать назад одна из известных гламурных персон России, не буду называть эту фамилию, шокировала общественность, заявив, что "эра гламура заканчивается и брендом золотой молодежи теперь будет "духовка".
- В романе есть фраза о том, что мы научились жить головой, но разучились сердцем. А если так, то о каких нравственных ценностях можно вообще говорить? И зачем тогда нужны "инженеры человеческих душ"?

- Это говорит один из персонажей, на самом деле мы в большинстве своем не научились жить ни головой, ни сердцем. А "инженеры человеческих душ" пытаются создать некий идеал, правда, на этом пути никто еще не достиг нужного результата, кроме разве что Николая Гавриловича Чернышевского. Но есть и другой путь - изображать, фиксировать все, что вокруг происходит. И тогда, если "инженер" честен перед собой и обществом, возникает феномен, который называется "тоска по идеалу". Именно он побудительная причина человеческого общества двигаться в том или ином направлении.

- Писателю Крамору его коллега Крепак показался при знакомстве не вполне нормальным человеком. Мол, тот слишком увлечен "магическими" закономерностями человеческого существования. А как вы считаете, все происходящее вокруг можно объяснить с точки зрения чистой науки или все-таки "чудеса рассыпаны повсюду"?

- Нет, наука лет пятьсот назад ограничила достижения своих целей научной методологией и экспериментом. Поэтому среди философов второй половины двадцатого века появился афоризм: "Разум, читай наука, подвел человечество к воротам Истины, но вряд ли в одиночку сможет эти ворота открыть".

- Ваш герой, литератор Крепак, смог найти код к расшифровке памяти клеток. Но он умер и унес с собой знание, так ведь? То есть человечеству не суждено заглянуть в будущее или узнать о себе какую-то важную информацию?

- Беда в том, что иногда, выявив некие закономерности природы и общества, мы не можем оценить полученный результат. Это напоминает фиксацию процесса кипения воды. Множество пузырьков поднимается со дна. Какой из них наш и как его использовать для блага человечества, чаще всего непонятно. Да и благо многими понимается утилитарно.

- В вашем произведении речь идет и о событиях, которые происходили четыре года назад в нашей стране. Крамор и Крепак немало рассуждают о том, что знание определенных политтехнологий помогает добиться нужного эффекта. Вы действительно думаете, что людьми легко манипулировать?

- Да, причем чем менее устойчиво общество, чем более размыты его ценности и ориентиры, тем более эффективны социальные манипуляции.

- На наших глазах искусственный интеллект становится привычным рабочим инструментом. Нет ли у вас опасения, что если и дальше так дело пойдет, то мы с вами превратимся в описанную в романе планету ТуиСто, где вместо имен - цифры, где особи проживают в ячеях шестигранников и где мироустройством руководят корпорации?

- Конечно есть, но пока искусственный интеллект "собирается" из мертвой неорганической материи, он всего лишь фактор некоей возможности деградации человечества. Однако даже в этом случае параллель с ТуиСто возможна.
- Ваш герой считает, что те, у кого мозг - само совершенство, имеют полное право управлять нами. Говорят, американцы уже вырастили биокомпьютер, который по функциям напоминает настоящий мозг. Допускаете ли, что при таком быстром развитии ученой мысли искусственный разум вскоре станет управлять его создателями?
- Настоящую опасность может представлять разум, который выращен на основе живого организма. В этом случае человечество, пытаясь облегчить свое существование, само передает это оружие в руки другого живого вида и становится лишним в цепи экспериментов Создателя. Собственно, об этом и спорят друг с другом персонажи романа Крамор и Крепак.

- В романе фигурирует некий физик Кондратенко, который занимался нанотехнологиями и создал нанопилюлю, но умер при странных обстоятельствах. Что это за герой? Может, у него есть прототип?

- Нет, это собирательный образ ученого, который при отсутствии поддержки его идей со стороны общества и государства готов проводить эксперименты на себе.

- Вы по образованию юрист. Откуда у вас такие глубокие познания в области физики и биологии? Чем обусловлен ваш интерес к точным наукам? Сугубо утилитарными целями - написанием книги?

- К радости ли, сожалению ли, мои "глубокие познания в области физики и биологии" - иллюзия. Однако если она возникла - хорошо, читатель попадает в капкан интереса к описываемым проблемам.

- В своих книгах ваши герои часто назначают встречу в том или ином уголке Минска. А у вас есть любимые места в столице, где вам хочется бывать чаще?

- Да, мне нравятся уголки парка Челюскинцев, и мои герои частенько ведут меня туда.

- Ваш герой, чтобы войти в писательский транс, выпил настой вредных грибов. А как вы настраиваетесь на творческую волну?

- За многие годы я научился входить в писательский транс, загружая себя работой до появления "второго дыхания".

Сергей Трахимёнок - автор 49 художественных книг и более 100 научных трудов. Он также поставил спектакль на сцене Театра киноактера.

| Елена ЕЛОВИК, газета "7 дней". Фото БЕЛТА.

Читайте также:
О книгах, Браслове и… Цветаевой. Поговорили с автором нашумевшей книги "Валсарб"

90 гадоў Саюзу пісьменнікаў Беларусі. Што ўяўляе пісьменніцкая арганізацыя сёння?

 "Петрушечный театр у нас не прижился". Что отличает белорусский народный театр от прочих