В джазе не только девушки

Любовь к джазу в 30-40-е годы ХХ века соединила сердца многих поклонников по всему миру. Знаток этого музыкального стиля Олег Микутин рассказывает о том, как "танцевальная лихорадка" докатилась до Поднебесной и помогла родиться уникальному китайскому оркестру.

Звезда – дирижер Серж Ермолл – Шанхай в эпоху "семи великих певиц" (1930-1940-х гг.) был не только экономическим, но и развлекательным центром всей Азии. Интеллигенция Поднебесной впитывала в себя идеи рыночной конкуренции и женской эмансипации. Здесь под влиянием мировой культуры в искусстве, литературе, живописи и музыке начались смелые эксперименты. Зачинатели новой китайской эстрадной музыки не смогли обойти такое явление, как джаз, который к тому времени покорил многие страны. В Шанхае он появился на пике мировой популярности в 1934-35 годах. Пришел туда не из Америки, а из Европы в коммерческом формате, в виде свинга – мелодичным, мягким, приглаженным, салонным. Да, части шанхайского общества джаз представлялся "музыкальной распущенностью". Горожане, которые поддались очарованию "танцевальной лихорадки", путали ее с фокстротом. В Шанхае открылось немало танцевальных клубов, где можно было веселиться с раннего вечера до утра, а за столиками подавали только напитки – горячительные или прохладительные. Каждое такое заведение имело свой оркестр. Например, в танцзале отеля Astor House на Хуанпу-роуд играл русский – под управлением Сергея Ермолаева (Серж Ермолл – так писали в афишах). В Китае оркестр Ермолаева даже записывали на грампластинки (в шанхайском филиале французской фирмы "Патэ"). Многие оркестры при танцклубах очень редко исполняли собственные произведения или делали аранжировки. Большинство – копировало музыку с пластинок, завезенных из Америки и Великобритании. Кроме свинга, оркестры играли любую популярную танцевальную музыку – танго, румбу, вальс, вальс-бостон. В театре Majestic на Гордон-роуд (ныне – Цзяннин лу) с 1936 по 1940 год работал еще один русский коллектив - под управлением Олега Лундстрема. Позднее, в 40-е годы, он феерил в самом роскошном отеле Paramount на Юйюен-роуд. На танцы туда джентльмены приходили не иначе как в смокингах, а дамы – в вечерних платьях. При этом необязательно было приводить спутницу: в качестве партнерш нанимались девушки, среди которых было много русских. Немало танцзалов находилось на Нанкин-роуд – главной улице сектора "международного поселения", а также во французском районе – на авеню Фош (ныне – Яньань чжун лу), где играли филиппинские, американские оркестры.

В Поднебесной подул "Свежий ветер" С 1934 по 1936 год в Шанхае можно было даже попасть на концерт оркестра трубача-виртуоза Бака Клейтона (Buck Clayton), который прибыл из Америки играть на танцах в клубе Canidrome на рю Лафайет (здание снесено в 2006 г.). Оркестр был приглашен по контракту при содействии композитора-новатора Ли Цзин-хуэя. Он к тому времени собрал группу китайских музыкантов, которых Клейтон должен был обучать этому современному направлению в музыке. В 1935-м в этом же клубе состоялось первое выступление оркестра Ли Цзин-хуэя под названием "Свежий ветер". Оценивая премьеру, газеты Шанхая сообщали о рождении китайского джаза. Оркестр исполнял специально написанные для него произведения и аранжировки народных песен. Придерживаясь свингового ритма, музыканты играли части мелодии в китайской пентатонической манере, характерной переплетением западных и восточных музыкальных элементов. Интересно, что в оркестре пели только девушки – семь великих певиц. У них был интересный репертуар: от пекинских оперных арий до вальсов и танго. Но с оркестром "Свежий ветер" некоторые из артисток стали известны в том числе как джазовые. Так, например, Бай Хун (Bai Hong) тяготела к быстрым ритмам, исполнительницами "блюзов" считались У Инъинь (Wu Yingyin) и Бай Гуан (Bai Guang). Были певицы, не попавшие в пантеон "семи", но которые тем не менее прославились именно в стиле джаза: Чжан Фан (Zhang Fan), Чжан Лу (Zhang Lu), Лян Пин (Liang Ping). Многие из них не владели принятой в этом виде пения манерой вокала. Бай Гуан – одна из немногих – обладала подходящим голосом: он был невысоким и немного фривольным (как у певиц кабаре). Ее пение оказывало на слушателей пьянящее действие. Шанхайская пресса называла ее "королевой низкого голоса". Начиная с 1949-го джаз оказался в Китае под запретом на долгие годы.

От редакции Мы не могли не задать нашему эксперту два вопроса. – Были ли знакомы белорусские любители музыки 30-40-х годов с китайским новаторским стилем? – Нет, в те годы шанхайские музыкальные коллективы к нам не приезжали, – отметил Олег Микутин. – Тем не менее некоторые белорусские ценители джаза имели возможность наслаждаться концертами оркестра Эди Рознера – еврея немецкого происхождения, который бежал из Германии и поселился в Гродно. До эмиграции джазмен выступал в концертных залах Германии, Австрии и других стран. А когда Западная Беларусь вошла в состав СССР, Эди Рознер переехал в Москву, где записал в 40-е годы несколько грампластинок. Однако на афишах того времени писали: "Белорусский джазовый оркестр под управлением Эди Рознера". – Популярно ли сегодня это музыкальное направление в Китае и Шанхае в частности? – Да, Шанхай и сегодня называют столицей китайского джаза. Хотя в Paramaunt уже играет совсем другая музыка, да и мест, где можно его послушать, несравнимо меньше. А еще В Шанхае появилась новая музыкальная группа, названная в честь знаменитого оркестра 40-х, – "Свежий ветер", которая ставит перед собой задачу воскресить новаторские музыкальные традиции 30-40-х. Оркестр использует ряд народных инструментов, в том числе такой, как пипа (типа лютни), а также двухструнную китайскую скрипку. Он копирует "золотые" пьесы тех годов. Тамара МАРКИНА, газета "7 Дней"