![Вадим Гигин Вадим Гигин](https://img.belta.by/images/storage/person/000057_252433.jpg)
Вадим Гигин
Генеральный директор Национальной библиотеки Беларуси
После того как Соединенные Штаты чудом избежали технического дефолта, экономисты, политики, биржевые трейдеры и обычные пикейные жилеты спорили, какие же меры предпринимает министерство финансов единственной сверхдержавы для преодоления кризиса, устранения возникшего бюджетного дисбаланса. В ряду первоочередных приоритетов американского минфина неожиданно оказались санкции против нескольких белорусских предприятий.
В американской политической культуре существуют определенные закономерности, которые неизменны уже много десятилетий. Например, обычно от президентов-демократов ожидают более миролюбивой политики, а они оказываются едва ли не большими ястребами, чем республиканцы. Во время экономических кризисов и потрясений американские политики с удвоенной силой заботятся о соблюдении прав человека по всему миру. Действительно, если ты не можешь увеличить доходы бюджета и количество рабочих мест, то почему бы не переключить внимание сограждан на какие-то другие проблемы? По большому счету, к этому все привыкли и "правозащитную" риторику Вашингтона, у которого за плечами Гуантанамо и Абу-Грейб, мало кто воспринимает всерьез.
И все же ситуация с санкциями против белорусских предприятий "Гродно Азот", "Нафтан", "Гродно Химволокно" и "Белшина" довольно любопытна. Соединенные Штаты потратили огромные средства и усилия, чтобы создать себе имидж страны с минимальным государственным регулированием экономики. Вашингтонские политики гордятся принципом разделения властей, который отработан почти до автоматизма. И вдруг на этом даже не островке, а континенте либерализма федеральное министерство финансов обычным циркулярным предписанием не только ограничивает деятельность на своей территории иностранных предприятий, но и грозит суровыми карами тем американским физическим и юридическим лицам, которые будут иметь дело с этими предприятиями. Вероятно, теперь, если американский гражданин, приехавший, например, в Нидерланды с далекой от политики целью, заправит бак своего автомобиля бензином, произведенным на белорусском "Нафтане", то он может испытать на себе всю мощь гнева родного государства. Что же, это интересная форма частно-государственного партнерства, которую демонстрирует твердыня демократии.
Да и сама подача последнего решения финансового ведомства США выглядит весьма цинично. Власти Соединенных Штатов заявляют, что эти санкции не направлены против простых граждан Республики Беларусь. Как такое может быть? Или они полагают, что тысячи работников белорусских предприятий, подпавших под действие санкций, граждане совсем не простые, а имеющие какие-то особые привилегии?
Кроме того, введение санкций против иностранных предприятий таким оригинальным способом создает любопытный международно-правовой прецедент. Поскольку для подобных решений не требуется никакое законодательное оформление, а достаточно росчерка пера Тимоти Гайтнера, руководителя федерального министерства финансов, то теперь открыт новый путь для протекционизма. Если американцы захотят защитить своих производителей и ограничить импорт, например, китайских товаров, для этого достаточно найти какой-нибудь предлог в духе "защиты прав" и принять очередное решение любого федерального органа по санкциям против конкретных предприятий. Скажем, в официальном обосновании решения американских властей есть ссылка на репрессии, которые якобы имеют место в Беларуси. Интересно, собираются ли Штаты так же жестко реагировать на решительные действия британских властей по подавлению массовых волнений в Лондоне и других городах, в частности на задержание более 1000 человек, конвейерные суды, которые рассматривают дела по упрощенной процедуре? В результате сомнительных действий судей Ее Величества за пару суток было вынесено более 240 приговоров, в том числе в отношении лиц, которые не достигли 18 лет. Британский премьер-министр и вовсе делает заявления, которые отдают тоталитарным сознанием, например, об ограничении работы социальных сетей, или прямые указания судам выносить жесткие приговоры. Поэтому, очевидно, следует ожидать санкций против British Petroleum, Shell и других компаний, которые создают экономическую основу для существования репрессивного лондонского режима Кэмерона-Клегга.
Есть в американских санкциях и еще один аспект. Оказывая экономическое давление на Беларусь, США признают, что без внешнего воздействия, создания искусственных условий для подрыва экономики добиться желаемых результатов внутри страны они не могут. Сейчас на фоне возникших перебоев с валютой мы много слышим о неэффективности белорусской экономической модели. Но, по-видимому, не так уж она и неэффективна, если для ее ослабления необходимы циркулярные письма целого министерства.
А вообще, после этого решения становится все-таки грустно. Сколько было разговоров за последние 20 лет о необходимости избавиться от мышления времен холодной войны, о том, что новый мир должен существовать без вооруженных конфликтов и санкций. Но именно та страна, чьи политики больше всего затратили усилий на подобные разговоры, развязала за это время наибольшее количество войн, а теперь еще пытается реализовать свои имперские комплексы, применяя такие допотопные меры воздействия, как экономические санкции против небольшой европейской страны. Стыдно должно быть, дядя! В смысле "дядя Сэм".
В американской политической культуре существуют определенные закономерности, которые неизменны уже много десятилетий. Например, обычно от президентов-демократов ожидают более миролюбивой политики, а они оказываются едва ли не большими ястребами, чем республиканцы. Во время экономических кризисов и потрясений американские политики с удвоенной силой заботятся о соблюдении прав человека по всему миру. Действительно, если ты не можешь увеличить доходы бюджета и количество рабочих мест, то почему бы не переключить внимание сограждан на какие-то другие проблемы? По большому счету, к этому все привыкли и "правозащитную" риторику Вашингтона, у которого за плечами Гуантанамо и Абу-Грейб, мало кто воспринимает всерьез.
И все же ситуация с санкциями против белорусских предприятий "Гродно Азот", "Нафтан", "Гродно Химволокно" и "Белшина" довольно любопытна. Соединенные Штаты потратили огромные средства и усилия, чтобы создать себе имидж страны с минимальным государственным регулированием экономики. Вашингтонские политики гордятся принципом разделения властей, который отработан почти до автоматизма. И вдруг на этом даже не островке, а континенте либерализма федеральное министерство финансов обычным циркулярным предписанием не только ограничивает деятельность на своей территории иностранных предприятий, но и грозит суровыми карами тем американским физическим и юридическим лицам, которые будут иметь дело с этими предприятиями. Вероятно, теперь, если американский гражданин, приехавший, например, в Нидерланды с далекой от политики целью, заправит бак своего автомобиля бензином, произведенным на белорусском "Нафтане", то он может испытать на себе всю мощь гнева родного государства. Что же, это интересная форма частно-государственного партнерства, которую демонстрирует твердыня демократии.
Да и сама подача последнего решения финансового ведомства США выглядит весьма цинично. Власти Соединенных Штатов заявляют, что эти санкции не направлены против простых граждан Республики Беларусь. Как такое может быть? Или они полагают, что тысячи работников белорусских предприятий, подпавших под действие санкций, граждане совсем не простые, а имеющие какие-то особые привилегии?
Кроме того, введение санкций против иностранных предприятий таким оригинальным способом создает любопытный международно-правовой прецедент. Поскольку для подобных решений не требуется никакое законодательное оформление, а достаточно росчерка пера Тимоти Гайтнера, руководителя федерального министерства финансов, то теперь открыт новый путь для протекционизма. Если американцы захотят защитить своих производителей и ограничить импорт, например, китайских товаров, для этого достаточно найти какой-нибудь предлог в духе "защиты прав" и принять очередное решение любого федерального органа по санкциям против конкретных предприятий. Скажем, в официальном обосновании решения американских властей есть ссылка на репрессии, которые якобы имеют место в Беларуси. Интересно, собираются ли Штаты так же жестко реагировать на решительные действия британских властей по подавлению массовых волнений в Лондоне и других городах, в частности на задержание более 1000 человек, конвейерные суды, которые рассматривают дела по упрощенной процедуре? В результате сомнительных действий судей Ее Величества за пару суток было вынесено более 240 приговоров, в том числе в отношении лиц, которые не достигли 18 лет. Британский премьер-министр и вовсе делает заявления, которые отдают тоталитарным сознанием, например, об ограничении работы социальных сетей, или прямые указания судам выносить жесткие приговоры. Поэтому, очевидно, следует ожидать санкций против British Petroleum, Shell и других компаний, которые создают экономическую основу для существования репрессивного лондонского режима Кэмерона-Клегга.
Есть в американских санкциях и еще один аспект. Оказывая экономическое давление на Беларусь, США признают, что без внешнего воздействия, создания искусственных условий для подрыва экономики добиться желаемых результатов внутри страны они не могут. Сейчас на фоне возникших перебоев с валютой мы много слышим о неэффективности белорусской экономической модели. Но, по-видимому, не так уж она и неэффективна, если для ее ослабления необходимы циркулярные письма целого министерства.
А вообще, после этого решения становится все-таки грустно. Сколько было разговоров за последние 20 лет о необходимости избавиться от мышления времен холодной войны, о том, что новый мир должен существовать без вооруженных конфликтов и санкций. Но именно та страна, чьи политики больше всего затратили усилий на подобные разговоры, развязала за это время наибольшее количество войн, а теперь еще пытается реализовать свои имперские комплексы, применяя такие допотопные меры воздействия, как экономические санкции против небольшой европейской страны. Стыдно должно быть, дядя! В смысле "дядя Сэм".